'Ребята, проиграйте достойно'. Владимир Петров вспоминает Суперсерию-1972

Для Sovsport.ru вспоминает те матчи их участник, центральный нападающий великой армейской тройки Владимир Петров.

«У РУССКИХ НЕТ ЗВЕЗД - ОДНИ МЕДВЕДИ»

Решение о проведении такой серии принималось на самом верху политическим руководством страны. По некоторым сведениями, против выступал главный идеолог Советского Союза Михаил Андреевич Суслов. Однако страстный хоккейный болельщик генсек ЦК КПСС Леонид Ильич Брежнев был «за», его мнение оказалось более весомым.

- Действительно, все решалось на самом верху, - вспоминает Владимир Петров. - Когда договор на серию был подписан, в Канаду вылетели наши известные тренеры Карпов, Чернышов, Кулагин - посмотреть, как играют канадские профессионалы. Но мы уже имели представление об игре профессионалов. Начиная с 1968 года, мы выезжали в турне по Америке, играли там с полупрофессиональными командами и ходили на матчи НХЛ.

- Канада вас встретила заголовками: «К нам приехали медведи», а Фил Эспозито ответил журналистам: «У русских нет звезд - одни медведи». Вам переводили эти слова?
- Переводили… Вид у нас тогда, конечно, был не респектабельный, амуниция, прямо скажем, устаревшая. Но что было, в том и играли. Канадцы пришли на нашу тренировку в монреальском «Форуме». Не знаю, что они увидели такого секретного - тренировка, как тренировка.

- Некоторые канадские хоккеисты, наблюдая за тренировкой, курили сигары прямо на местах. Это так?
- Возможно, у них не запрещено было курить во дворце.

- Сопровождавший делегацию чиновник Спорткомитета Рогульский говорил перед первым матчем: «Ребята, проиграйте достойно».
- Да, было такое. У некоторых руководителей-непрофессионалов бытовало мнение, что мы не можем выиграть у таких соперников. В раздевалку перед первым матчем пришел легенда канадского хоккея, вратарь Жак Плант. Мы тогда не знали его в лицо, нам потом объяснили, кто это. Он о чем-то через переводчика говорил с Третьяком.

Нас поразила церемония перед матчем. Она длилась полчаса. У нас такого никогда не было. Каждый игрок канадцев выбегал на площадку, его бурно приветствовали трибуны. А затем премьер-министр Пьер Трюдо сделал символическое вбрасывание.

«ТЫ У МЕНЯ ДЕНЬГИ ИЗ КАРМАНА ВЫТАЩИЛ»

- Свои ощущения помните?
- Да какие там ощущения?! Все, как обычно - легкое волнение перед матчем. Эспозито быстро первую шайбу забросил, потом канадцы вторую забили.

- Это на 7-й минуте было, счет стал 2:0. Какая обстановка была на нашей скамейке - паники не было?
- Органист во дворце после второго гола похоронный марш сыграл. Да какая паника? Все было спокойно, продолжали работать. И выиграли в результате.

- Наша команда после окончания матча по привычке выстроилась в центре площадке, чтоб пожать соперникам руки, но канадцы быстро покинули площадку. Не ожидали такого?
- Конечно, не ожидали. Эспозито потом сказал: «Зачем я тебе буду руку жать, когда ты у меня деньги из кармана вытащил?»… Канадцев свои же болельщики освистали, кричали им в спину всякие слова.

- После такого разгрома «медведями» великих профи, эйфории в команде не было?
- Никакой эйфории, нормальная рабочая обстановка. Готовились к следующему матчу.

- А что говорил товарищ Рогульский после такой победы?
- Риторика резко поменялась: «Вы представляете великую страну, должны играть достойно. Вы не имеете права проигрывать!».

«НА ТРИБУНАХ - «ПЫЖИКОВЫЕ ШАПКИ»

- Ходили разговоры, что цена билетов на черном рынке на московскую серию достигала 100 рублей. Это так?
- Не знаю. Помню только, что на трибунах сидели в основном «пыжиковые шапки» - работники райкомов и другие ответственные товарищи. Публика еще та - болеть они не умели или стеснялись. Почему так получилось? Билеты распространялись в основном через райкомы партии.

Канадские болельщики наших перекрикивали. Кстати, их хоккеисты с собой жен в Москву привезли. Нам такого никогда не позволили бы.

- Первый матч в Москве сборная СССР выиграла и оторвалась от канадцев на две победы. Казалось, все - серия наша. Второй московский поединок стал переломным, а Кларк сломал Харламова.
- И еще шайбу Харламова не засчитали, которая все бы решила. Видимо, мы предполагали, а Бог располагал. Для истории, возможно, так было лучше.

- Может быть, некоторая расслабленность все-таки была с нашей стороны? Для канадцев эти матчи были важнее…
- Конечно, перед нами не стояло такой дилеммы - умереть, но выиграть. А для канадцев поражение - большой удар по престижу, имиджу лиги. Что повлекло бы за собой потерю в деньгах.

- На четвертый решающий матч наши тренеры попросили выйти Валерия Харламова…
- Но Валера только показался, почти не играл. В нашем звене его заменил Блинов.

- Инцидент с удалением Паризе, когда он никак не хотел уходить, бурно возмущался, а затем замахнулся на арбитра клюшкой, тоже повлиял на результат?
- Возможно, все эти паузы сбивали темп игры. Поведение со стороны профессионалов оставляло желать лучшего. Но у нас была установка - терпеть. Они нас бьют, а мы им шайбочку в ответ.

- В конце матча был еще один инцидент, совсем уже невиданный как в ту пору, так и сейчас, с Аланом Иглсоном…

(Алан Иглсон, исполнительный директор Ассоциации игроков НХЛ, один из отцов этой серии, возмутился, что арбитр за воротами не зажег фонарь, когда канадцы забросили шайбу. Он с верхних рядов побежал вниз, чтобы с арбитром разобраться. Иглсона остановили милиционеры, дежурившие возле борта. Началась толкотня. Канадские игроки поспешили к нему на помощь, а Пит Маховлич даже перемахнул через борт, и стал тыкать милиционеров клюшкой. Иглсона отбили и прямо через площадку он отправился на скамейку канадской команды. При этом он показывал неприличные жесты трибунам. Матч был остановлен почти на 15 минут. Владимир Шадрин потом признавался, что успел за это время остыть. - Прим. авт.).

- А что им еще оставалось? Им надо было что-то делать. Тогда такие вещи со стороны канадцев были частью хоккея. Разнос от руководителей после поражения? Не было ничего такого. Нам даже какие-то премии выдали. Сумму не помню, но помню, что премия была небольшая.

«ЛЕТЕЛИ С ЭСПОЗИТО И САМОЛЕТ РАЗГЕРМЕТИЗИРОВАЛСЯ»

- Мы спустя годы не раз встречались с Эспозито. А однажды мы с ним и с Борисом Михайловым летели в Ухту из Москвы, и на высоте 11 тысяч метров самолет разгерметизировался.

- Вот это да. И как же удалось спастись?
- Стюардессы попадали в обморок. Кислородных масок не было. Но пилоты быстро снизились, перешли на другой эшелон, там уже воздух был. Второй пилот вышел в салон с кислородным баллоном, предлагал всем подышать. Самолет затем в Ухте поменяли. Обратно летели другим бортом.

- Вы смотрели фильм «Легенда № 17»? Мнение об этой картине неоднозначные. Вы, как непосредственный участник событий, что скажете?
- Я был не премьере, смотрел вместе с Президентом страны… Во-первых, надо сказать, что это художественный фильм, поэтому там много эпизодов, которых в жизни не было. Наше поколение не очень приняло фильм, а молодежи нравится.